ПО ПРЯМОЙ ИЗВИЛИСТОЙ АЛЛЕЕ

Откуда у россиян страсть к ровным линиям в саду и что бы нам стоило позаимствовать у англичан? О ландшафтной геометрии размышляет дипломированный садовник Андрей Карагодин.

Как-то раз мне довелось путешествовать с друзьями на машине по Европе. В одном из районов южной Польши мы сбились с магистральной дороги и поехали по сельской. Вид, открывающийся справа и слева, удивил моих спутников: вдоль всех крестьянских домов, весьма небольших и неказистых, стояли усаженные в ряды тысячи – да какие там тысячи – десятки тысяч ровненьких зеленых туй!

Неужели каждый польский селянин хочет почувствовать себя немножко Людовиком в Версале – спросили меня мои попутчики? Наверно, и это тоже, но главная причина другая: в Польше почти каждый крестьянин состоит в национальной Ассоциации питомников и выращивает посадочный материал на продажу. Когда эти туи подрастут, их купит Ассоциация и отправит, скорее всего, в Россию, в садовые центры.

Немало рублевских участков напоминают те самые польские деревни с частоколом туй. Каждый раз, когда я это вижу, у меня возникает вопрос: зачем? Почему такое количество? Ясно ведь, что не на продажу. И, главное, к чему это маниакальное стремление внести геометрию, высадить деревья по прямой линии? Ведь длится эта аллея не километрами, уходя за горизонт, а от забора одного соседа до забора другого. Выглядит это непропорционально, а иногда даже смешно...

Хотя все объяснимо, если обратиться к истории. Стремление к ровным линиями и стрижкам под геометрические фигуры появилось в садово-парковом искусстве впервые в голландском барокко, которым так восхищался Петр, устраивая Петергоф, и было доведено до абсолюта в Версале. С тех пор именно «французский парк» считается синонимом сада порядка, разумности, симметрии, ясности. Там действует принцип: природа поддается упорядочению властью просвещенного короля, как и социальный порядок, народы, сословия. В саду порядок выражается в безупречности стрижки боскетов, ровности линий, одинаковости пропорций растений и расстояний между ними.

Мне кажется, что всякий русский человек, как и Людовик, построив свой дом и создавая свой сад, первым делом хочет оградиться от хаоса и дремучести русской жизни. Отсюда наша страсть к высоким заборам и нарочитой геометрии садов, квинтэссенцией которой являются шеренги ровно подстриженных туй.

Но не прошло и столетия со времени сотворения Версаля, как по всей Европе стали сносить боскеты и аллеи, искривлять прямые, отказываться от регулярных стрижек деревьев. Новая мода пришла из Англии: там родился стиль парка, который мы называем иррегулярным, или «английским». В природе нет прямых линий, значит, не место им и в садах – вот главная заповедь английского сада. В моде теперь свободная планировка, извилистые дорожки, контрасты, виды, исчезающая грань между парком и окружающим его полями и лесом. А в саду элегантный небольшой особняк, стоящий под вековыми дубами на вершине изумрудного холма.

Английские сады постепенно начинают появляться и у нас, вдоволь наигравшись в туевую геометрию. Интересные примеры такого рода ландшафтов я уже видел в Подмосковье. Впрочем, не будем забывать: в императорской России в усадебных садах, как писал академик Лихачев, всегда старались совместить оба стиля. В типичном саду русской усадьбы обязательно была и регулярная часть со стрижеными боскетами, террасами, прямыми аллеями и статуями, фонтанами и лестницами, наследованная от барокко и классицизма, и тут же, рядом – пейзажная, с мягкостью береговой линии прудов, заросшими оврагами и вековыми дубами, одиноко стоящими среди разнотравья лугов. Все новое – хорошо забытое старое: к русскому усадебному саду нам и надо стремиться!