Задача - остаться в живых

Автор программы «Экстремальный фотограф» на канале «Живая планета», автор и продюсер

документальных фильмов об очень нестандартных экспедициях, член Русского географическогообщества Ольга МИЧИ — о том, как выжить в джунглях и многом другом.

Ольга, в прошлом зашелразговор собственно об экстремальной составляющейваших путешествий. Давайте продолжим эту тему.

В Индии, например, мыснимали фильм о детскомсексуальном рабстве. Таместь деревни, в которых выращивают девочек на продажу и с восьми лет «продают»в бордели и трафиком — вМумбаи, в район Каматипура. Они там живут, работают,рожают детей, и выбратьсяиз этого рабства невозможно.Выкуп, на наши деньги, всего 30 000 рублей, но у них неттаких сумм. Там девушка повызову стоит бутылку пива.И даже эти копеечки ей редкодостаются.

Ужас какой!

Более того, и дети их с момента рождения оказываютсяв рабстве. Там можно купитьребенка от 0 лет для сексуальных утех. Поэтому мы и занялись этим проектом, провелирасследование. Его мы закончили, но в мае возвращаемсятуда снова, чтобы доснятьнедостающие детали. И работу эту мы делаем не дляканала, это мой осознанныйвыбор — снимать то, о чем непринято говорить, но по совести невозможно умолчать.Конечно, спонсора под такиепроекты найти сложно, даже в плане технического обеспечения, потому что все боятся— неизвестно же, как тема выстрелит.

У меня был опыт: мы делали конкурс «Зов природы»,чтобы показать, как сильнозасоряется Земля, и мотивировать людей на активныедействия хотя бы в местах,где они живут, — в городах ипрочих селениях. Чтобы ониосознали важность экологиии посадили, допустим, дерево, чистоту во дворе навели.Ведь не обязательно глобально этим вопросом заниматься— например, очищать западное побережье Африки — нет,хотя бы у себя, начать с места, где живешь. Так в одномпрофильном международномфонде нам сказали: вы лучше про бабочек сделайте, будет у нас совместный красивый конкурс. Нет, тогда мы пойдем сами...

Вы говорите «мы», тоесть у вас команда?

Да, с годами сложилась. Начала складываться, когда первую выставку делала — «МирМичи», появилось двое —Максим Ковешников, он и ITзанимается, и юридическимивопросами, и много еще чем.Правая моя рука. А Светлана Игнатьева — вторая моярука, левая, исполнительныйпродюсер. Все организационные вопросы на ней. Я — голова, да, но, как личностьтворческая, все-таки как быв воздухе витаю — мозг изобретателя, а не администратора. А они это уже делают возможным технически, юридически. Плюс сейчас поддокументальные проекты мы уже знаем режиссеров, с которыми хотим работать. Кто пойдет на этот экстрим, проникнется им. Ведь главное в наборе команды — сама идея,которая людей зажжет, тронет сердце.Мы два года работали с каналом «Живая планета» —снимали «Экстремального фотографа». Это благотворительный проект с целью обратить внимание на животных в статусе «уязвимые» либо на грани полного исчезновения.

На нем я поняла, что с равнодушным оператором работать— труд напрасный: тратишьнервы и свои, и его, и работается тяжело, а результатане будет. А когда с тобой человек, которому тема близка,нравится, дело кипит. Оченьпоказательным стал нашфильм «В тени больших деревьев». Мы его сняли за несколько дней в лесном лагерепигмеев ба'ака (ЦАР), потомучто ребята зажглись, полюбили их всем сердцем. Они жетакие — вообще не конфликтуют, даже не кричат, не шумят — боятся лесного духаДзенге, говорят: нельзя туттак, нужно уважать друг друга и все живое вокруг. Такоевот идеалистическое общество. Нет лидера, каждый —равноправный член большойсемьи. 20 семей живут тамсообща: пошли, скажем, добывать мед — на всех поровну поделили; блю дайкер (лат.Sylvicapra grimmia coronate)— маленькую антилопу — всети поймали, и тоже — навсех, пусть по крошечномукусочку, на суп хватит. Мытам наблюдали конфликт, когда внук у бабушки стащил денежку. А зарабатывают они,выращивая для соседней народности банту маниок (лат.Manihot esculenta), это такойкорнеплод, напоминающийкартофель. Ну молодежь начто тратит — сигареты, наркотические средства, алкоголь и, да, еще на музыку, вобщем, на развлечения. Они ходят с такими допотопными проигрывателями, для которых покупают карты памяти, с уже записанными на них современными песнями. Так вот бабушка вышла к нему, поворчала несколько минут и тут же обняла его. Они там все песни поют вместе, танцуют — такое общество.

Это Центрально-африканская республика?

Да, на границе с Конго и Камеруном. Они всегда жили за счет леса, понятно, что они молятся ему — духу этого леса, чтобы он дал то, что нужно для пропитания: мед,орехи, дичь. У них свой бог— бог леса, другого они не знают.

Африка так и осталась для вас главным объектом,«центром» путешествий?

Тут такой момент — кажется, что мир очень большой,но, когда достаточно поездишь, осознаешь, что нет, далеко не большой. И есть всего несколько мест на карте, реально мало исследованных, где еще что-то можно найти. Например, Арктика,наш Крайний Север, заповедники, например, под Ханты-Мансийском, такие как Малая Сосьва, Елизаровский заказник, Верхне-Кондинский имногие другие. Замечательные места. Дикие. Там очень мало людей бывало, фотографов, в частности. Вайгач, Новая Земля, конечно.И Африка, да. Но Африка — не ЮАР, не Намибия, куда тебя красиво привезли, красиво показали, выгуляли, вечером шампанского налили у костра. Нет, я про Центральную — ЦАР, Конго, Камерун,с их криминалом и политической нестабильностью, которая делает опасным всякое пребывание там.