Как создать новый лес

Выходов много, правильный — один. Подробности — у нашего обозревателя Андрея Карагодина.

В чем разница между образованным человеком и неучем? Первого не застать врасплох: мир для него — система познаваемых закономерностей, а значит — предсказуемых явлений. Ну а для малообразованного типа каждое событие — чудо, случай, беда великая, повод для плача: батюшки святы, все пропало! У дурака все проблемы — глобальны, как сказал когда-то Бунин.

Помните, как голосили все в 2011 году, наблюдая нашествие жука-короеда? «Конец подмосковным лесам, конец, скоро мы будем жить в пустыне!» Сколько пролито слез, написано постов в «Фейсбуке», сколько долларов и евро потрачены на дорогостоящие инъекции для деревьев и ловушки для жуков! Лишь пару лет спустя, когда истерика тихо и стыдливо сошла на нет (такова судьба всех истерик), стали слышны негромкие голоса ученых, объяснивших, что к чему. Оказывается, короед — нормальный обитатель еловых лесов, он всегда пытается устроиться и размножиться в дереве, а оно, в свою очередь, норовит залить его смолой. Вот только ослабленные летней жарой 2010 года деревья сделать этого не сумели, поэтому короед поселился в них необычно легко — а на будущий год изрядно расплодился. Многие деревья, особенно старые, пали жертвой нашествия — однако за пару лет природа выпрямила баланс, короеда стало меньше, а пустоши стали потихоньку зарастать новым лесом.

И вот — новая напасть: ураган лета 2017-го. И снова плывет над Рублевкой и в «Фейсбуке» громкий плач: интеллигенция цитирует стихи Яниса Райниса про сломанные сосны, «что спины свои не хотели сгибать», а натуры не столь утонченные склоняются над калькулятором, подсчитывая, доживут ли они до того момента, когда новые сосны дорастут до размера вырванных ветром, и на сколько стихийное бедствие уменьшило стоимость их участка, и без того сильно переоцененного во времена первых путинских сроков. Потирают, разумеется, руки и жулики-ландшафтные дизайнеры: вскоре рублевский лох потянется за крупномерами.

Голос специалистов, как обычно, звучит неслышно, тем более что они говорят вещи, прямо скажем, не очень комфортные. Просто так ничего не падает, даже в ураган, ветер повалил то, что и так должно было погибнуть в обозримой перспективе — так что не плачьте, а радуйтесь, что сэкономили на услугах фитопатолога. Но, как говорил Ефремов Миронову в «Берегись автомобиля», «почему же он решил украсть именно вашу машину?» Деревья, как и люди, смертны, но кончину большинства из них на вашем участке ускорил не ураган, а вы сами.

Ведь это вы затеяли многолетнюю стройку, переуплотнив почву и нарушив сложившийся за века хрупкий природный лесной режим многочисленными заездами самосвалов, хождениями рабочих, бытовками, бетономешалками, мусором. Перетянули стволы веревками (а то и проволокой), на которых развешаны гамаки. Прорыли канавы с коммуникациями, перерубив массу корней. Это вы, в конце концов, по идиотским чертежам алчных проходимцев ландшафтных дизайнеров, предложивших, к вашему восторгу, проект парка, как у Людовика в Версале, переместили по лесу кубометры грунта, устроили подпорные стенки и фонтаны, засыпали все это толстым слоем воронежского чернозема (уподобившись фашистам, которые поездами вывозили его в Германию) и посадили розы и газон, который стал перехватывать у лесных деревьев необходимое им питание. Или вот еще одна глупейшая рублевская мода — увивать елки и сосны, и без того неновые и ослабленные, отнимающими у них последние силы лианами типа винограда или древогубца. Украсить дерево древогубцем — сильно, да? И как, вы думаете, оно должно на это реагировать?! Стать сильнее, всем ветрам назло?!

Кто виноват? Вы. Что делать? Первым делом — осмотрите внимательно ямы от корней упавших деревьев. Хуже всего, если вы на этом импровизированном почвенном разрезе увидите: строители подняли уровень участка, завалив накопанным или привезенным грунтом прежний, природный почвенный горизонт. Следовательно, абсолютно все росшие до вашего появления на этом участке деревья, чьи корни оказались лишены доступа к кислороду, обречены на погибель. По опыту скажу: таких участков на Рублевке большинство, и именно на них и падают в основном от любого сильного ветра деревья. Их корни сгнили, погребенные под завалом человеческого тщеславия. Как правило, убрать новый грунт уже невозможно — ведь сверху на нем уже устроен сад в стиле Версаля: все, что можно сделать, чтобы облегчить страдания коренных деревьев участка — это пробить буром шурфы, чтобы к их корням доходил хоть какой-то кислород. Та же история — с дорожками, подпорными стенками и т. д.: проверьте, не угнетают ли они взрослые деревья, приняв в расчет, что диаметр корневой системы примерно соответствует диаметру его кроны, и в этих пределах на почву не должно быть никакой вызванной влиянием человека лишней нагрузки.

Но вот поваленные деревья убраны, ямы засыпаны — что дальше? Звонить поставщикам крупномеров, чтобы сажали новые сосны и ели на все высвободившиеся места? Ни в коем случае. Пройдитесь по участку и подумайте: да так ли нужна была здесь, так ли хороша чаща из получахлых, теснящихся друг к другу, давно сбросивших от недостатка солнца все ветки, кроме самых верхних, елок? Как любил говорить В.И. Ресин, нельзя быть немножко беременной: уж если вы вторглись в природу, доведите дело до конца и устройте из леса парк: благо ураган уже сделал за вас половину дела, по Ницше, подтолкнув падающих. Расчистите лес, устройте просторные поляны, на которых, как в Гайд-парке, пусть будет не десять тощих, а одно — зато какое, коренастое, раскидистое дерево! Ураган повалил ординарные сосны, елки, березы — а вы сажайте, как граф Воронцов в Алупке, да и все русские помещики в XIX веке, на свои контрастные поляны липы, дубы, каштаны, американские, альпийские и балканские сосны, канадские ели, серебристые клены, маньчжурские орехи, а под ними — вишни, яблони, сирени, жасмин. Все они растут быстро, по метру в год, а главное — важный психологический момент — вы станете жить не среди деревьев-доходяг, дрожа над своими усыхающими лесными сотками, как сыч Плюшкин, а среди растущей молодежи — а это совершенно другое, радостное чувство.

Наконец, открою вам один секрет. По мнению многих ученых, и нашествие короеда, и участившиеся ураганы, выкашивающие хвойные леса Рублевки и окрестностей, — все это неспроста. Меняется климат, и зона тайги, мрачных елок с березами и осинами, про которые народ говорит «в еловом лесу — удавиться», отходит из Подмосковья на север, постепенно сменяясь зоной смешанных хвойно-широколиственных лесов — дубрав и липовых, вязовых и сосновых рощ европейского типа, которые наступают с юга, из Тульской, Рязанской областей. Не зря же в Подмосковье в последние годы стали выживать и прекрасно расти магнолии, скумпии, бобовники, акации, гинкго, даже платаны, которых здесь и в помине никто никогда не сажал! Так что улыбнитесь: вы в тренде, а ветер-ницшеанец — ваш друг. Не надо делать против него сами знаете что.