Уролог — мой сосед

Историк Николиной Горы, хороший давний друг нашей газеты — Марина Михайловна Громова, начинает серию публикаций о знаменитых людях легендарного дачного поселка.

Анатолия Павловича Фрумкина я, если честно, плохо помню, хотя он и был ближайшим соседом по участку. К моменту его смерти, я урологами не интересовалась, да и сейчас мало знакома с этой специальностью.

Сайт Российского общества урологов пишет: «нет такого раздела в оперативной урологии, где бы Фрумкин либо впервые не предложил, либо впервые не осуществил многочисленные операции». В связи с успехами Фрумкина в реконструктивной урологии, в частности, в разработанном им методе фаллопластики раненым бойцам Красной армии, можно вспомнить почти юмористический эпизод, который произошел в 1955 году с друзьями дочери А.П. Фрумкина. Возвращаясь как-то утром с дачи в одном с профессором автомобиле, некто Борис — молодой статный театральный драматург, обратился к Фрумкину: «Анатолий Павлович, скажите, вот Инна (жена драматурга. — Примеч. авт.) меня ревнует к артисткам и пригрозила оторвать одно место. Скажите, вы мне сможете его восстановить?» Фрумкин засмеялся и ответил: «Боря, конечно, восстановлю, не переживай».

Заслуженный деятель науки, доктор медицинских наук, профессор Фрумкин с Николиной Горой познакомился еще в тридцатые годы. Он был лечащим врачом одного из высших руководителей партии и правительства Я.Э. Рудзутака.

Во время Великой Отечественной войны Фрумкин — главный уролог Советской армии. (Главный хирург — академик Н.Н. Бурденко.) По воспоминаниям бывшего министра здравоохранения СССР академика Б.В. Петровского, Бурденко и Фрумкин во время войны вместе выезжали с инспекторскими проверками в действующие войска, в военные госпиталя, где Фрумкин много оперировал и обучал урологов разработанным им новым методам лечения. Светила подружились, несмотря на разницу в возрасте, и уролог получил дополнительные сведения о Николиной Горе, где в то время жил Бурденко.

Впрочем, в конце тридцатых и начале сороковых годов другой никологорец, нарком здравоохранения РСФСР Н.А. Семашко, бывший тогда председателем правления ДСК РАНИС (так назывался дачный кооператив работников науки и искусства. — Примеч. ред.), предлагал А.П. Фрумкину занять одну из освободившихся дач в поселке, лишившихся хозяев из-за репрессий. Но доктор категорически отказывался от таких предложений. Поселился он здесь лишь в 1949 году, обменяв полученный им участок в Валентиновке на надел, который принадлежал наследникам профессора архитектуры Н.В. Докучаева.

При вступлении в кооператив Фрумкину рекомендательные письма давали знаменитые никологорцы, народные артисты СССР А.В. Нежданова и Н.С. Голованов. И скоро его новый сосед, писатель и поэт С.В. Михалков сочинил про Фрумкина шутку: «Он генерал средь генералов, он — маршал мочеполканалов».

На даче врач отдыхал, но это был творческий отдых: столярничал, занимался фото и киносъемкой, писал маслом картины.

Анатолий Павлович построил на участке небольшую столярную мастерскую, в которой был токарный станок, верстак. Оборудовал фотолабораторию всем необходимым для проявки и печати пленки и создавал замечательные фотографии и фильмы. Благодаря этому навыку сохранились киносъемки его уникальных операций. На токарном станке он создавал деревянные поделки. Это были различные изделия: куклы, чашки, полки, шкафчики, другие предметы, выполненные по его же эскизам.

В 1956 году на Николиной Горе состоялось общее собрание, на котором обсуждался вопрос возврата дач родственникам незаконно репрессированных в сталинский период. Фрумкин выступил с яркой обличительной речью в защиту репрессированных (он вообще был блестящим оратором). Один из свидетелей того выступления вспоминает его слова, обращенные в адрес занявших бывшие дачи репрессированных: «С чужого коня посреди грязи долой!». В этом был весь А.П. Фрумкин — честный, порядочный, справедливый, прямолинейный.

Он ведь сам по чистой случайности не был репрессирован по «делу врачей». В 1949 году в санатории «Барвиха» скончался глава Болгарии Георгий Димитров, (А.П. Фрумкин лечил его). И неважно, что болгарский лидер умер от сердечной недостаточности, а не из-за урологических проблем. А в 1952 году Фрумкин оперировал главу правительства Монголии Х. Чойбалсана — «монгольского Сталина», и он тоже скончался, правда, и в этом случае не по «урологической» причине. Но тогда это был смертный приговор для всех, кто имел отношение к лечению. На фоне сжимающегося кольца у Фрумкина случился второй инфаркт. Его госпитализировали. И буквально через несколько дней в квартиру А.П. Фрумкина пришли его арестовывать. Сотрудники НКВД были неприятно удивлены, что он в больнице. Но именно это его и спасло.

Любопытен эпизод, рассказанный одним из учеников А.П. Фрумкина, доктором А.С. Немым. В один из дней 1958 года его, молодого врача, направляют в качестве консультанта-уролога в Боткинскую больницу. Больной задает ему вопрос: «Скажите, а Фрумкин работает?» — «Конечно, он наш шеф». — «И что, его разве не посадили?» — «Нет». — «Странно». Уходя от больного, молодой врач посмотрел на табличку с данными больного и прочитал: «Власик Николай Сидорович», бывший начальник охраны Сталина.